Юрий Нерсесов: Молоток для кремлёвских крыс

Вместо того чтобы обличать российское прошлое, противникам правящего режима нужно не давать власти паразитировать на символах прежних эпох.

Мощи против мумии

Вскоре после вторичного «избрания» Ельцина я натолкнулся в какой-то газете на остроумное объяснение неудач российской оппозиции. По мнению автора заметки, она делилась на желающих предать земле мощи царской семьи национал-патриотов и не дающих похоронить мумию Ленина коммунистов. Вопрос: какие перспективы у обращённых в прошлое Партии Мощей и Партии Мумии?

Прошло почти двадцать лет, Ельцина сменил Путин, в Россию пришёл интернет, а борцы с режимом продолжают с упоением жевать пыльные страницы истории. Зачем это нужно, если шансов на возвращение СССР или возрождение православной монархии у нас примерно столько же, сколько на восстановление Хазарского каганата?

На это обычно отвечают, что режим есть наследник кровавых большевиков (выродившейся монархии и жирных попов) и это удар по нему. В качестве доказательства Партия Мощей предъявляет гэбэшное происхождение Путина-Иванова-Сечина, михалковский гимн, красные звезды на самолетах, возрождение звания «Герой Труда» и незахороненную Мумию. Партия Мумии в ответ указывает на поток антисоветских фильмов, трёхцветный флаг, ударное храмостроительство и захороненные Мощи. После чего всё начинается заново, обостряясь к праздникам и юбилеям.

В эти дни обличители особенно суровы. Радикалы скорбят кто о недобитии большевиками православия, кто о трагической неудаче прогрессивного революционера Наполеона и цивилизованного европейца Гитлера, умеренные их вяло урезонивают, а с наблюдательных площадок вертикали власти раздается злорадное хихиканье: отработанная за последнее десятилетие тактика себя оправдывает.

Три столпа вертикали

На чём держится нынешняя власть? Прежде всего, конечно, на Святой Трубе, доходы с которой позволяют поддерживать в обществе стабильность и обеспечивать обывателю определённый уровень благосостояния (пусть даже и во многом через теневой сектор, о засилье которого недавно скорбела вице-премьер Ольга Голодец). На трубе держался ещё поздний Советский Союз, краху которого изрядно способствовал лавинообразный спад цен на нефть в 1986 году, который так и не смог компенсировать незначительный подъём следующего пятилетия. Сейчас ничего подобного не ожидается. Старшие партнёры из НАТО вполне довольны Путиным, передавшим им уже 25% российских энергоресурсов и планирующим продолжить процесс. Поэтому ничего подобного американо-саудовскому сговору, позволившему обрушить цены на «чёрное золото» во время Афганской войны, сейчас не планируется.

Вторая опора режима – невмешательство в частную жизнь граждан. В отличие от советского периода, к ним почти не пристают с политикой (разве что госслужащих загоняют на выборы и прокремлёвские демонстрации), им не мешают развлекаться как угодно. Никаких ограничений на любые книги, фильмы, концерты и танцульки – чем бы дитя не тешилось, лишь бы в политику не лезло! Правда в последнее время у самых ретивых и тупых чиновничков наблюдается обострение духовности. Один из них, и.о. главы выборгского муниципалитета Андрей Туркин, попытался запретить у себя в городе реконструкторский фестиваль, но это и вправду оказался перегиб на месте. Поросёнок немедленно получил в пятак от старших товарищей, здраво рассудивших, что нехай мужики лучше мечами на празднике машут, чем асфальтом в ОМОН на демонстрации швыряют.

Третий столп вертикали власти – идеологический, и формирование его нынешнего облика нуждается в более подробном рассмотрении.

Идеология от мародёров

Уже в последние годы правления Хрущёва наиболее дальновидные теоретики КПСС обнаружили, что разоблачение культа личности Сталина начало разлагать коммунистическую идеологию в целом. Эффект от встречной меры – пропаганды «возврата к ленинским идеалам» (включавшей усиление антирелигиозной пропаганды), фильмы (иногда прекрасные) о «комиссарах в пыльных шлемах», культ жертв репрессий типа Тухачевского и др. – оказался кратковременным и поверхностным, как и эксплуатация романтических образов вождей кубинской революции Кастро и Че Гевары. Огромный эффект дали запуск первого в мире искусственного спутника и полёт Гагарина, но технологический перевес США они не отменили. Лидерство в космической гонке неизбежно должно было смениться отставанием, которое вскоре и обнаружилось: 20 июля 1969 года Нейл Армстронг ступил на поверхность Луны, а 10 марта 1972 года в небо взлетел «Пионер-10» – первый в мире космический аппарат, покинувший пределы Солнечной системы.

Чахнущие марксистко-ленинские идеалы было решено подкрепить действительно одним из величайших событий ХХ столетия – победой в Великой Отечественной войне. В 1965 году 9 мая стал выходным днём, состоялся грандиозный военный парад на Красной площади, а книги и фильмы о войне с этого времени стали выходить в огромных количествах.

Коммунистические догмы рухнули вместе с Советским Союзом, реформы Ельцина-Гайдара-Чубайса привели к массовому отторжению либерализма и, хотя рост цен на энергоносители помог стабилизировать ситуацию, в Кремле резонно озаботились проблемой идеологии, необходимой для сплочения податного населения вокруг себя любимых. Суетливые попытки придумать «национальную идею» предпринимались ещё при Ельцине, а после их провала решили покрысить отовсюду понемногу, ориентируясь на запросы различных групп населения. Точно также вёл себя главный герой романа Виктора Пелевина «Generation «П» беспринципный пиарщик Вавилен Татарский, использующий для решения своих задач самые разные идеологемы, но лично для себя видящий их исключительно в гробу.

«Ты по политическим взглядам кто?

– Рыночник, – ответил Татарский, – довольно радикальный.

– А конкретнее?

– Конкретнее… Скажем так, мне нравится, когда у жизни большие сиськи. Но во мне не вызывает ни малейшего волнения так называемая кантовская сиська в себе, сколько бы молока в ней ни плескалось… В гробу я видел любую кантовскую сиську в себе со всеми ее категорическими императивами. На рынке сисек нежность во мне вызывает только фейербаховская сиська для нас».

Изменивший 20 августа 1991 года воинской присяге, вице-мэр Санкт-Петербурга Владимир Путин, до того как возглавить государство, был именно таким стихийным рыночником, плюющим на любые высокие доктрины, но активно подгребавшим под себя всё, что плохо лежит. Обратившись к идеологии, он первоначально схватился за то, что ему ближе всего. То есть заявил, что родись он пораньше – с удовольствием бы принял участие в свержении монархии в феврале 1917-го, отдал распоряжение привлечь к воспитанию учащихся суворовских и нахимовских училищ ветеранов власовской армии и сам готовился выступить на их съезде, политкорректно названном слётом выпускников кадетских корпусов.

Однако сигналы с мест заставили президента поменять имидж. Я никогда не прощу себе, что слишком рано опубликовал серию статей, попавших в доклад, который заставил Путина отказаться от выступления на съезде престарелых власовцев, от чего он бы не отмылся уже никогда – но что сделано, то сделано. Теперь Владимир Владимирович с соратниками расчётливо крысят из советского и досоветского прошлого только те символы, которые не вызывают раздражения у подавляющего большинства населения, и украшают ими свои лапки и хвостики.

Организаторы идеологического поворота 1965 года были искренни и имели на него неоспоримое моральное право. Можно как угодно относиться к деятельности генерального секретаря ЦК КПСС товарища Брежнева, министра обороны СССР товарища Устинова и председателя Госплана СССР товарища Байбакова. Но начальник политуправления 18-ой армии Леонид Брежнев не вылезал из окопов под Новороссийском, а нарком вооружений Дмитрий Устинов и замнаркома (с 1944 года нарком) нефтяной промышленности Николай Байбаков были в числе главных организаторов победы и относились к ней соответственно. Завоевания Великой Отечественной – в виде территориальных приобретений и сферы влияния в Восточной Европе – при них сохранялись. Неудивительно, что среди написанных тогда книг и снятых фильмов о войне были шедевры, которыми будут восхищаться и следующие поколения.

Совсем иная ситуация сложилась с нынешними хозяевами кремлевских кабинетов. Активно поучаствовав в развале СССР и разграблении советского наследия, к войне они относятся чисто потребительски и используют её образ для окучивания разных групп населения. Либеральная интеллигенция имеет возможность смотреть и снимать за государственный счёт фильмы, смешивающие с дерьмом едва ли не всё происходившее в 1941-1945 гг., а не только Сталина с Берией и кровавой гэбнёй, как принято считать.

Подводники Северного флота в «Первом после бога» Василия Чигинского – пьяное и тупое быдло. Отважно и умело защищавшие Москву кремлёвские курсанты представлены в «Утомлённых солнцем-2» Никиты Михалкова дебилами, которые пугаются сигнальных ракет и пыряют штыком немецкий танк. А в снятом по байке начальника пресс-службы «медведей» Дмитрия Фоста фильме «Четыре дня в мае» героические советские разведчики и доблестные солдаты вермахта дают отпор советским же танкистам, напавшим на немецкий приют для девушек-сироток, одну из которых хотел изнасиловать командир танкистов. Примеры можно приводить бесконечно, как и аналогичные шедевры из жизни Российской Империи. От «Турецкого гамбита» с тупым генералом Соболевым (Михаилом Скобелевым) и его подчинёнными-геями до «Сатисфакции», где удачно избежавшим военной службы злодеем, интриганом и садистом является герой баталий с Наполеоном Александр Бенкендорф.

Коммуно-патриотическая общественность возмущается, но для её окучивания существуют околокремлёвские «державники», недавно объединённые для эффективности в «Изборский клуб». Курирует его министр культуры РФ Владимир Мединский, параллельно рекламирующий творения Михалкова и Фоста, а основное занятие членов клубов – помогать вертикали власти украшать свой образ ворованными кусочками духовного наследия ликвидированной при их участии страны. Сама же вертикаль при этом оказывается в идеальной позиции «разводящего», подмигивая одним глазом либералам, другим их оппонентам, а обеими руками сбывая старшим партнёрам остатки советского наследия.

Направление главного удара

Хрущёв обещал показать мировому сообществу последнего попа – где сейчас Никита Сергеевич и где православная церковь? Сбежавший за бугор советский разведчик Владимир Резун писал в предисловии к «Ледоколу», в котором обвинял СССР в подготовке нападения на Третий Рейх: «Сейчас Россия лишилась насильственно прививаемой ей идеологии, и потому память о справедливой войне осталась как бы единственной опорой общества. Я разрушаю её». Результатом стал взрыв интереса к Великой Отечественной войне и появление десятков исследований совсем иного направления, опровергающих Резуна и популяризирующих войну в массовом сознании куда лучше, чем официоз. Итог десятилетий обличений Сталина виден в опросах «Левада-центра» за последние годы, согласно которым половина населения оценивает роль усатого горца позитивно, и только треть негативно.

Нынешний сетевой писк оппонентов режима для православия и образа войны совершенно безвреден, и, подставляя их вместо себя, Кремль, благодушно позволяет оппонентам разбить себе лбы. Что те и делают, кидаясь не на мародёров, а на украденные ими символы прошлого. Отвлекаясь от моральной стороны вопроса, не могу не заметить, что тем самым «красные» и «белые» оппозиционеры не только разбивают головы, но и – кто по простоте душевной, кто по заданию, – помогают нынешним хозяевам Кремля позиционировать себя в качестве наследников всей российской истории и распорядителей её наследия.

Значительная часть дорогих россиян попадается на нехитрую разводку, но далеко не все. Опрос того же «Левада-центра» о переименовании Волгограда в Сталинград показал, что при 49% процентах, позитивно оценивающих Сталина, за переименование выступают только 23%. Как мог получиться такой результат? Ведь по логике за переименование должны выступать все сталинисты и та часть граждан, отрицательно или нейтрально относящихся к Сталину, которые считают необходимым переименовать город в память о решающем сражении Великой Отечественной войны.

Разгадку даёт ответ на вопрос: «С чем связано то, что в последнее время руководители страны всё чаще говорят о Сталине, как о выдающемся государственном деятеле?» В добрые намерения обитателей Кремля поверили немногие. 36% затруднились ответить, 19% ответили, что для оправдания собственных злоупотреблений, 21% – для укрепления своего авторитета как наследников славы победителей, 19% – для создания суррогата национальной идеи и только 6% – для восстановления советской системы.

Недоверие налицо. И, значит, противостоя режиму идеологически (выборы, уличные акции и обличение текущих злоупотреблений – отдельные темы), именно в эту точку и следует бить, не отвлекаясь на обсуждение давно покрытых плесенью царских указов и директив политбюро. Каждый раз, когда кто-то из кремлёвских крыс тянет лапку к одному из достижений Российской Империи или Советского Союза, по ней следует изо всех сил лупить молотком. То есть объяснять, что именно пакостный грызун сейчас разбазаривает плоды данной победы, и оживи её творец – лежать крысаку на плахе или гнить на Колыме. Тем более что это чистая правда.

Каждый раз, когда выходят очередные «Утомлённые солнцем», следует повторять, что фильм снят на деньги дорогих россиян, которые извлекла из их карманов кремлёвская вертикаль во главе с дорогим Владимиром Владимировичем. Тем более и это правда.

Наконец каждый раз, когда Путин восславит Горбачёва, Ельцина, Гайдара, Собчака, Кудрина или Чубайса, надо напоминать, что он является наследником или соратником этих достойных и нежно любимым народом граждан. Тем более и это тоже – чистейшая правда.

Конечно, такая пропаганда не даст быстрого эффекта, потому что основная опора режима – всё-таки Труба. Но рано или поздно настанет момент, описанный в задушевной песне Юрия Шевчука со словами «Когда закончится нефть, наш президент умрёт» .

Тогда Кремлю понадобится вспомнить уже песню Владимира Высоцкого со словами «Наши мёртвые не оставят в беде» . Только мёртвые не любят, когда крысы прикрываются их памятью, и потому его обитатели должны остаться исключительно с тенями Гайдара, Ельцина и Власова. В такой тёплой компании и с иссякающей трубой они обречены, и наш президент действительно превратится как минимум в политический труп. Далеко не обязательно этим президентом будет Путин: возможно, Владимир Владимирович покинет наш грешный мир естественным образом или будет общаться исключительно с дедушкой Альцгеймером. Тогда его образ тоже можно конструктивно использовать – и вы, наверное, легко догадаетесь, как.

 
Статья прочитана 1439 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Комментарии к записи "Юрий Нерсесов: Молоток для кремлёвских крыс"

Посмотреть последние комментарии
  1. В древней медицине есть раздел, в котором говорится о том, какой яд обезвреживает другой яд. Так, может быть, нынешняя идеологическая отрава это противоядие от того, что началось в 91-м? Например сейчас народ совсем не смотрит телевизор, – мешает реклама. Это же хорошо! А почему народ слушает Путина? Потому что ему ВСЕ мешают! Все друг друга обезвреживают.

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

Наши контакты

Skype   rupolitika

ICQ       602434173