Марат Хайруллин: Удар электричеством

В конфликте вокруг компании МОЭСК появились первые жертвы. Руководитель Департамента экономической безопасности МОЭСК Игор Данилкин, занимавшийся расследованием обстоятельств заключения превышавших в 5 раз реальную сметную стоимость контрактов его компании со структурами отца и сына Шандаловых, был сбит неизвестным водителем, скрывшимся с места преступления.

Журналистское расследование о наиболее остром корпоративном конфликте на энергетическом рынке страны, уже привело к сенсационным результатам. Напомним, речь идет о конфликте, между крупным энергосбытовым холдингом «Энергострим» и компанией «Оптима». Перечислим, только некоторые из них.

Документально подтверждено, что огромные суммы денег из энергосбытовых компаний входящих в «Энергострим», выводились в оффшоры, через фирмы «Оптимы». На сегодняшний день, речь идет о 20 миллиардах рублей (вместе с процентами), которые главные акционеры «Оптимы», отец и сын Шандаловы, должны Энергостриму.

Затем появились материалы, свидетельствующие о том, что высокопоставленные сотрудники правоохранительных органов «производят ситуацию» в этом корпоративном споре в интересах «Оптимы». Речь идет, прежде всего, о фабрикации уголовных дел.

После этого появилось сообщение о преступлении на имя руководителя следственного комитета России Александра Бастрыкина, в котором руководители «Оптимы» обвинялись в создании преступного сообщества с целью хищения бюджетных средств из Московской энергосетевой компании (МОЭСК). Это заявление написал, ныне осужденный, бывший директор фирмы «ОптимаЭнергострой», входящей в холдинг «Оптима», Андрей Фетисов. Как он считает, его посадили по ложным обвинениям, и на самом деле речь идет о хищении сотен миллионов рублей из бюджета. В свою очередь  существует ряд фактов из открытых источников, которые могут говорить в пользу этой версии.

И вот теперь – новая порция разоблачений. Судя по новым фактам, нити этого дела могут протянуться к загадочной смерти нынешним летом руководителя Департамента экономической безопасности МОЭСКа Игоря Данилкина, который пытался заниматься расследованием фактов коррупции в этом холдинге. Таким образом, в деле «Оптимы» могут появиться первые трупы. Подробности – в нашей новой части журналистского расследования.

Дутые подряды

Дело Фетисова стоит того, чтобы на нем остановиться подробнее. Потому что это очень наглядная иллюстрация того, как работает наше правосудие. После публикации третьей части журналистского расследования адвокат Гаджи Алиев передал мне очередную партию материалов. Напомним, Андрей Фетисов, бывший директор фирмы «ОптимаЭнергострой», был осужден в этом году за кражу денег в особо крупном размере из структур «Оптимы», конкретно 36-ти миллионов рублей. Об этой истории мы впервые узнали со слов генерального директора «Энергострима» Юрия Желябовского: «…Шандаловы бесконечно рассказывали мне раз за разом историю, как они завели уголовное дело и посадили одного генерального директора из их многочисленных компаний. Гордились этим. Говорили, что это в назидание остальным, чтобы слушались. Теперь ясно, что это просто была попытка запугивания. По таким принципам они и работают. Удавка в виде запугиваний, в идеале уголовное дело, управляемая с их стороны…»

Фетисова обвинили, что он украл 36 миллионов рублей, выделенных по государственному контракту МОЭСК на строительство энергоподстанции в микрорайоне «Колычево» подмосковной Коломны. Это очень крупный микрорайон – в нем ныне проживает около трети жителей города. Самое интересное, что этот объект так и не построен до сих пор, по заключению экспертов, объем освоенных средств на стройплощадке не превышает 150 миллионов рублей. А из материалов следствия, которые подтверждаются открытыми источниками, следует, что МОЭСК в 2007-2008 годах направил на строительство подстанции Колычево, внимание, один миллиард пятьсот шестьдесят миллионов рублей! И в своем заявлении Александру Бастрыкину Фетисов, собственно, и задаются вопросом, куда делись остальные деньги. Я обещал в предыдущем материале подробнее остановиться на этом вопросе. Потому что это, действительно, интересно, каким образом сегодня ведутся дела в нашей энергетике. И, по мере того, как я двигаюсь по цепочке, результат получается, честно говоря, все более и более сенсационный.

Вернемся к протоколам допроса. Подчеркну, я беру показания свидетелей – сотрудников ГК «Оптима», которые были предоставлены суду в обвинительном заключении. То есть это не версия защиты, как минимум. Так вот, когда Фетисов в 2007 году пришел в «ОптимаЭнергострой», работы на объекте «Колычево» уже велись. Как в один голос утверждают все свидетели, первоначально тендер на этот контракт выиграла в открытом конкурсе другая структура «Оптимы» – фирма «ЭнераИнжиринг». Но поскольку, согласно обвинительному заключению, эта фирма «не располагала производственными мощностями для проектирования и строительства подобных объектов», контракт был передан субподрядчику –фирме «ОптимаЭнергострой». Здесь сразу можно задать вопрос, каким образом фирма, не имеющая соответствующих мощностей, получает контракт на полтора миллиарда рублей? Сам Фетисов, кстати, называет на допросе «ЭнераИнжиринг» – фирмой-пустышкой. Поставим галочку и идем дальше.

Более того, МОЭК сразу же заплатил «ЭнераИнжиринг» аванс в 570 миллионов рублей. Эти деньги были получены еще до прихода Фетисова. А теперь вновь внимание, «ОптимаЭнергострой» выставляет смету на строительство всего объекта Колычево – 331 миллион рублей. Представляете, они могли, построить эту подстанцию просто из средств аванса и получить прибыль в миллиард с лишним рублей! Но «Оптима» не смогла сделать даже этого. И вот почему. К моменту прихода Фетисова, в фирме «ОптимаЭнергострой» работало всего… 12 (двенадцать) человек! То есть эта структура просто физически не могла построить такой сложный объект. К слову сказать, в то время в «ОптимеЭнергострой» уже было четыре стратегических контракта с государственными структурами (кроме Колычево, крупные энергоподстанции областного значения в Красноярске, Тюмени и Омске) на общую сумму от 7 до 8 миллиардов рублей. Объясните мне, пожалуйста, как строительная организация состоящая из 12 человек, может строить сложнейшие энергетические объекты, которые питают областные города, военные заводы и т.д. Понятно, что – никак! Им для выполнения этих работ нужно было искать непосредственных исполнителей.

То есть в данном случае цепочка из двух фирм – «ЭнераИнжиринг» и «ОптимаЭнергострой» – нужна была только для одного: чтобы взять очень жирный процент. Я бы сказал невероятно жирный. Потому что, в случае с Колычево, государственная организация «Московская энергосетеваякомпания» официально, на открытом тендере, заключает контракт с фирмой-пустышкой «ЭнераИнжиринг» государственный контракт на строительства в 5 (пять) раз выше его сметной стоимости! То есть, если наши открытые тендеры на госзакупки позволяют заключать такие контракты, то в общем нафиг нам вообще тут сдалась какая-то борьба с коррупцией – потому что, с моей точки зрения, такая смета, ничто иное как прямой откат просто «в законе»! Я, кстати, позвонил в МОЭСК и прямо задал этот вопрос. Пресс-секретарь обещал подумать, что здесь можно сказать. Жду до сих пор.

Смертельная коррупция

Для меня лично большая загадка, каким образом этот простой факт прошел мимо внимания следователя Лупандиной, которая вела это дело. Однако, все же интересно понять, куда делись деньги, выделенные на «Колычево». И вот здесь мы читаем показания Фетисова:

«Еще до моего назначения на должность генерального директора ЗАО «ОптимаЭнергострой» были заключены договора на проектирование, на работу по подготовке участка и общестроительные работы. Проектировщики выдавали проект по частям, с нарушением сроков. Соответственно и строители выбивались из графика. Часть оборудования было заказано до меня. При этом спецификация заказанного оборудования не соответствовала проекту, их выдача и транспортировка были сорваны. В этой ситуации задачей было законтрактировать позиции, по которым не были заключены договора с тем, чтобы в целом контракт по подстанции оставался рентабельным. В 2008 году из-за экономического кризиса заказчик строительства не имел финансовых средств для оплаты строительства. Чтобы не оплачивать выполненные работы, заказчик их не принимал!»

Во-первых. Прошу прощения, то есть, как это у заказчика не было денег? МОЭСК уже давно оплатил эти работы, хотя бы взять тот самый аванс на 570 миллионов рублей. А во вторых. Обратите внимание на слово «законтрактировать». Иными словами, Фетисова срочно пригласили для того, чтобы латать прорехи – решать проблемы, которые образовались до него. Можно предположить, что, «Оптима» совершала закупки оборудования либо без всяких контрактов, либо по контрактам, которые нельзя было официально показывать! Почему?

Здесь пока только теория, но которую я активно разрабатываю. Дело в том, что примерно на рубеже этого времени в МОЭСКе сменилась очередная команда руководителей. Из компромата, который щедро хлынул в это время в СМИ, мы узнаем, что вокруг этой организации разгорелась настоящая война из-за того, что новые менеджеры жестко переводили все поставки комплектующих для строительных объектов МОЭСКа на фирмы, аффилированные с семьями руководителей Московской области. Создается впечатление, что  фирмы «прокладки» вроде «ЭнераИнжиринг» или «ОптимаЭнергострой» нужны были только для того, чтобы через них финансовые потоки уходили в правильном направлении – то есть в карманы тех, кто видимо, способствовал, получению этих контрактов. То есть, у Шандаловых была просто песня, а не бизнес! Пропускай через себя деньги, имитируй некую деятельность, и покупай себе БМВ от Джеймса Бонда. И тут вдруг, во время этой практически лебединой песни, такая жесткая смена парадигмы. Вот им срочно и понадобился стрелочник. То есть, говоря проще, когда Фетисов пришел в «Оптиму», денег там уже не было. Собственно, это подтверждают и материалы следствия. И это очень похоже на то, что пишет в своем письме Бастрыкину сам Фетисов, правда?

Но все же, куда эти деньги делись? И вот тут дальше такая история. 27 июля сего года на пешеходном переходе был сбит насмерть бывший руководитель Департамента безопасности МОЭСК Игорь Данилкин. Водитель скрылся с места происшествия, его ищут до сих пор, и правоохранители проверяют версию об умышленном убийстве. А спустя несколько недель появилась информация о том, что Данилкин выявил миллиардные хищения в МОЭСК и «вскрыл преступную схему, по которой почти вся прибыль компании через госконтракты и подставные фирмы уходила в оффшор. Замешанные в хищениях топ-менеджеры покупали на эти деньги элитную недвижимость и роскошные машины, ездили на лучшие курорты и играли в Европе в казино».

Насколько известно, Данилкин как раз и занимался проверкой поставок оборудования и комплектующих через фирмы, принадлежавшие топ-менеджерам МОЭСКа и руководителям области. Незадолго до своей смерти Данилкин начал поднимать и материалы по строительству объекта «Колычево». Сейчас я веду переговоры с лицами, в числе которых есть и депутаты Госдумы и Мособлдумы, которые начали собирать документы, имевшиеся у Данилкина. Но я точно, знаю, что в его архивах имелись сведения о фирмах, входящих в структуру «Оптимы», если точнее, то как минимум три. В разговоре со мной помощник одного из депутатов Госдумы утверждает, что после своего увольнения в 2011 году Данилкин либо встречался с Шандаловым старшим, либо искал возможности для такой встречи вплоть до лета 2012 года, незадолго до своей смерти. Сейчас я пытаюсь получить документальные подтверждения такого разговора, поскольку, по моим сведениям, он проходил в присутствии третьих лиц. Но, тем не менее, посмотрите, какая вырисовывается картина – ведь именно в 2011 году и началось уголовное преследование Фетисова. Помните, как все развивалось? Сначала его отпускают с миром, только просят подписать два акта приемки работ на объекте «Колычево». А потом, спустя год, его вдруг задерживают. Причем очень важно знать, как его задерживают – с очень серьезными процессуальными нарушениями. Создается впечатление, что в большой спешке – но об этом чуть ниже. То есть кому-то очень срочно понадобился стрелочник. Почему? Может быть потому, что кто-то «наверху» очень стал интересоваться, куда девались деньги, выделенные в 2007 году на строительство подстанции «Колычево»? И одновременно с этим Шандаловы начали занимать огромные деньги в «Энергостриме». Представляете, какая картина начинает складываться? Мое расследование в этом направлении продолжается.

А что «стрелочник»?

Давайте, вернемся еще раз к судьбе Андрея Фетисова. Потому что его история, сама по себе, показательна. Вот что рассказал мне его адвокат Гаджи Алиев.

- Это дело, по моему мнению, изначально сопровождалось многочисленными процессуальными нарушениями. Сначала 17 января 2011 года Фетисова неожиданно задерживают по постановлению Таганского суда Москвы, – рассказывает Гаджи Алиевич, – Причем, основанием для заключения в СИЗО стало якобы то, что Фетисов был объявлен в международный розыск и скрывался от следствия! Но, извините, на момент задержания моего клиента, (дальше цитирую свою жалобу): «уголовное дело в отношении Фетисова А.В. органами следствия не возбуждалось, в соответствии со статьями 91 и 92 УПК РФ он следствием не задерживался, какие-либо уведомления о подозрении в совершении преступления ни Фетисову А.В., ни его родственникам, либо мне, его адвокату по соглашению участвующему в данном деле с 21 декабря 2009 года от следователя не поступали. Соответственно Фетисов А.В. не мог знать о том, что его подозревает или обвиняют в совершении преступления и очень «тщательно» ищут, а значит и скрываться от следствия».

- Между прочим, это новое слово в процессуальном законодательстве, – продолжает адвокат, – сначала возбуждают дело, а потом под него подтягивают клиента. То есть, очевидно, что уже на этом этапе следствие против моего клиента велось как минимум, субъективно. Дальнейшие события только подтверждают это. Следствие и суд почему-то передали в ЦАО, то есть не по месту совершения преступления, видимо, потому что так было удобнее вести следствие заинтересованным лицам. Далее, в суде приводится ряд очевидных доказательств, что Фетисов не мог самостоятельно украсть инкриминируемые ему 36 миллионов рублей. Дело в том, что у «Оптимы» объединенная бухгалтерия, и все договора проходят жесткую систему визирования и контроля. Только отец и сын Шандаловы имеют право на перевод денег со всех счетов фирм «Оптимы». Это подтверждают все свидетели, у Фетисова даже не было пропуска в бухгалтерию. И для меня остается загадкой, каким образом, согласно обвинительному заключению, Фетисов «11 сентября и 18 сентября 2008 г. в дневное время, находясь в помещении бухгалтерии ООО «ГК «Оптима» по адресу: г. Москва, Рубцовскаянаб, д.3, стр.1, осуществляющего ведение бухгалтерского учета и текущих платежей с расчетного счета ЗАО «ОПТИМА ЭНЕРГОСТРОЙ» согласно Договора № 10/11-06/у от 01 ноября 2006 года, ввел в заблуждение неустановленную следствием сотрудницу бухгалтерии ООО «ГК «Оптима», неосведомлённую о преступных намерениях соучастников, относительно характера и цели их действий, но, тем не менее, следствию достоверно известно, что он представил реестр платежей на 11 и 18 сентября 2008 года, и дал ей указание осуществить перевод денежных средств в сумме 17 000 000 рублей на счёт ЗАО «КрасноярскЭнергоСтрой» в качестве авансового платежа по договору подряда № 2008-11 от 08.09.2011 г., заведомо зная, что такие работы ЗАО «КрасноярскЭнергоСтрой» выполнены не будут».

- Я считаю, – продолжает Гаджи Алиев – Что никакой неустановленной следствием сотрудницы бухгалтерии не было, все платежи осуществлялись в соответствии с реестром платежей, подписанным и заверенным руководством. Никто, ни одна фирма не примет на работу сотрудника, который будет осуществлять многомиллионные платежи, при этом, не удосужившись заключить с ним элементарно трудовой договор, в который необходимо будет вписать его паспортные данные. Данный факт старательно замалчивался следствием и был проигнорирован судом. Следствие даже не пыталось найти эту вымышленную девушку, для того, чтобы спросить у нее, вводил ли ее в заблуждение Фетисов А.В. или хотя бы общался ли он вообще с ней. Кроме того для стороны защиты остается загадкой, как следствие и обвинение пришло к выводу что Фетисов А.В. находился в помещении бухгалтерии ГК «Оптима» днем 11 и 18 сентября 2008 года. Ни один из свидетелей не давал показания, что видел его (Фетисова А.В.) в данном помещении, а каких-либо иных доказательств нахождения Фетисова в данное время и в данном месте обвинение не представило. И, более того, в протоколе допроса (т.5 л.д. 18-21) свидетель Моисеева Ю.А. утверждала, что фактически главным бухгалтером ЗАО «ОПТИМА ЭНЕРГОСТРОЙ» была она и она же утверждает что в указанный период времени, когда производилась оплата по договору на пуско-наладочные работы, трудоустроилась буквально на две недели никому не известная девушка, осуществила перевод платежей по вышеуказанному договору и уволилась, и никаких сведений о ней не осталось. Все это очень похоже на введение потерпевшей стороной в заблуждение органов предварительного следствия.

Но самое интересное произошло уже после суда.

- Когда Фетисов написал свое заявление на имя Бастрыкина, где мы указали все эти факты, – рассказывает адвокат, – я, в установленном порядке, отнес заявление в приемную СК РФ и сдал под подпись дежурному следователю. Буквально через несколько часов после этого мне звонит следователь Лупандина, которая вела все это дело и допустила эти многочисленные нарушения, и говорит мне, что «вы ведь фактически, просите отправить это дело на доследование?». Я говорю: да. И тогда она мне в лоб говорит, – а давайте, им снова буду заниматься я! То есть тот же самый следователь, который отправил моего подзащитного в тюрьму, как мы считаем по явно надуманным обстоятельствам. О чем это говорит, как не об ангажированности следствия? Ведь фактически, мой подзащитный виновен только в том, что подписал протоколы на акты приемки работ, причем фирмы, которые указаны в этих актах, не отказываются от своих обязательств. То есть кому-то очень важно было посадить моего подзащитного. Для чего? На этот вопрос, видимо, и отвечают мои расследования .
Такая вот история с Фетисовым. Тем не менее, это не единственное направление, по которым я проверяю деятельность отца и сына Шандаловых, получивших, кстати, в прошлом году австрийское гражданство. После указанных статей ко мне начали обращаться люди, зачастую очень высокопоставленные по должности, которые в прошлом так или иначе сталкивались с этой структурой. Они передают мне новые документы, из которых следуют все новые и новые сенсационные подробности.

Об авторе: Марат Хайруллин является лауреатом премии Международной конфедерации журналистских союзов «За мужество и профессионализм», премии имени Дмитрия Холодова «За лучший репортаж из горячей точки», премии имени Артема Боровика в области журналистских расследований «Честь. Мужество. Профессионализм» , премии имени Андрея Сахарова «За журналистику как поступок», специальной премии Союза журналистов России «За лучший специальный репортаж» и других премий.

 
Статья прочитана 1128 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

Наши контакты

Skype   rupolitika

ICQ       602434173