Алексей Абанин Преступление и задержание

Здравствуйте, мои маленькие любители здорового образа жизни! Сейчас я во всех самых неприличных подробностях поведаю вам крайне увлекательную историю о том, как мы с товарищами провели праздник 23 февраля. Начиналось дело так. Сидел я как-то, значит, в интернетах, и на стене какой-то (не помню точно какой) группы “ВКонтакте” увидал одно интересное объявление. В нем говорилось о том, что 23-го февраля в Москве в некотором (не называемом заранее) месте будет проводиться пробежка русской молодежи с целью пропаганды Здорового Образа Жизни и просто приятного времяпрепровождения в компании порядочных людей.

Я уже был наслышан об этой новой молодежной “моде”, которая как-то невообразимо быстро из простого постновогоднего прикола нескольких человек – в считанные недели превратилась в целое направление молодежной культуры, привлекающей с каждым днем все больше сторонников. Но ни на одной из прошлых пробежек мне до сих пор побывать не удавалось. Сами понимаете – то одно, то другое… В этот раз я решил-таки ситуацию исправить, тем более, что ехать предстояло не одному, а с товарищем.

Мода на “русские пробежки” за считанные недели распространилась на десятки городов России (на фото – Владимир)

Сбор на мероприятие проходил по ступенчатой схеме. В целях конспирации анонимные организаторы решили, что собирать народ нужно по округам (или районам) отдельными мобами, а конечное место было известно лишь “координаторам”, то есть старшим этих мобов. Конечно, никакой реальной конспирации такая система не давала, и в этом мы убедились довольно быстро. В отличие от большинства участников этой пробежки, приключения которых начались в самом ее конце – наши приключения начались уже в самом начале.

В условленный час в условленном месте (это было кафе, расположенное в одном известном торговом центре) нас набралось порядка 15 человек. Не густо, но и не пусто. Мы мирно сидели за столиком и ждали последнего запаздывающего товарища. Меня тогда уже мучил один вопрос – доедим ли мы вообще до места сбора или всех примут “по дороге” по какому-нибудь надуманному предлогу и испортят праздник. Как я и ожидал, стоило только нам подняться из за стола, как к нам подошли несколько серьезного вида молодых людей, и, представившись сотрудниками “уголовного розыска”, попросили предъявить документы. Мы поинтересовались, чем обязаны такому вниманию и получили стандартный ответ – мол, неподалеку избили какого-то человека, а вы как раз подходите по имеющейся ориентировке. Мы попросили их показать удостоверения и, ознакомившись с ними, выяснили, что эти молодые люди – сотрудники “Центра по борьбе с экстремизмом”. Как-то позабыв об “избитом неподалеку человеке” они стали спрашивать нас, куда мы направляемся, с какой целью и кто у нас главный. Естественно, им ничего не ответили – сказали, что главный еще не подъехал, куда направляемся – сами знать не знаем и что не собираемся совершать ничего такого, на что сотрудникам столь важного отдела стоило бы тратить свое драгоценное время и силы, когда вокруг разгуливает столько по настоящему опасных экстремистов и постоянно сохраняется повышенная угроза терактов со стороны настоящих боевиков.

К слову, на первом этаже здания, где мы находились , тусовалась весьма подозрительная группа смуглых ребят с окладистыми бородами и штанами, заправленными в носки… но на них у сотрудников “центра Э” ориентировки, судя по всему, не было. Весь наш разговор длился около 10 минут. “Борцы с экстремизмом” переписали наши данные и… отпустили. Я, признаться, охренел от такой неожиданности, поскольку уже был твердо уверен, что “пробежка” наша на сегодня закончена и что ближайшие часы мне придется провести в местном УВД. Но вот черт знает почему, но отпустили… и на том, как говорится, спасибо. Мы обрадовались и поспешили выдвинуться на место общего сбора. Справедливости ради, хочу заметить, что общались с нами довольно корректно – никакого беспредела замечено не было, однако, мне не понятен сам факт – почему для пресечения или моноторинга “русских пробежек” используется именно эта структура?

Когда мы прибыли в Измайловский парк (как оказалось, место общего сбора было назначено именно там), на “старте” уже толпилось человек 150. Возрастной разброс где-то от 14 до 25. Старше (на вид) 30 не видел никого. Довольно много симпатичных девушек. Все были в крайне позитивном настроении – знакомились, смеялись, шутили, делали групповые фотографии. Вели себя все до неприличия прилично – не было никакой агрессии к прохожим, ни мата, ни злобных шуток – только позитив, который усиливался от того, что по близости не было видно ни одного сотрудника милиции. Это было расценено всеми, как “добро” и прибавило народу хорошего настроения. Журналистов с камерами не было вовсе. Вероятно, это связано с тем, что информация о месте нигде открыто не публиковалась, а связываться с координаторами по районам им было лениво. В этом, кстати, усматриваю большой минус – нет ни одного по настоящему качественного видео с мероприятия. Один любительский самопал. Это организаторам надо учесть и в следующие разы заранее приглашать журналистов, договариваясь лично. Так делают многие политические организации, когда необходимо освещать какие-нибудь “запрещенные” акции. Заодно таким образом налаживается контакт с прессой, что очень полезно.

В течении 15 минут к “старту” со стороны метро подтянулись еще несколько мобов, каждый человек по 20. Всего собралось порядка двухсот человек, что можно считать весьма не плохим мобилизационным показателем, учитывая жгучий15-градусный мороз и ветер. Народ (особенно те, кто приехали раньше всех) начал подмерзать и тогда кто-то в толпе громогласным голосом вопросил: “ЧТО ВЫБИРАЮТ РУССКИЕ!!!??? ” – в ответ ему эхом раздалось – “РУССКИЕ ВЫБИРАЮТ СПОРТ!!!” Это было расценено всеми, как команда к долгожданному старту и маленькие любители ЗОЖ дружно устремились трусцой вдоль пустой заснеженной дороги.

По пути нам попадался различный люд – в основном родители с детишками на санках и лыжники, еще “встречные” бегуны, работники парка, гуляющая молодежь. Всех мы приветствовали позитивными зарядами – нам отвечали одобрительными возгласами и радостными улыбками. Многие, при виде столь необычного для современной пьяной расеянии зрелища, делали поначалу удивленные лица. Но всем было радостно видеть длиннющую вереницу молодых русских ребят и девчонок, которые в отличии от большинства своих сверстников, выбрали в этот день не бухалово “на хате”, а оздоровительную пробежку на свежем воздухе. В общем, на всю округу мы источали концентрированное добро и положительные флюиды.

Всего бежали дистанцию в три километра. ИМХО – оптимальный вариант. Периодически делали остановки, во время которых начинали делать приседания или отжиматься. Исполнению упражнений явно не доставало синхронности и строгости надзора за халтурщиками, но это, уверен, дело наживное. После упражнений бежали дальше. Заряды не прекращались ни на минуту – то в одном, то в другом конце колонны звучали кричалки, призывающие русский народ к самому приятному и полезному – совершенствованию своего тела и духа. Собственно говоря, кричалок было совсем не много: “РУССКИЕ ВЫБИРАЮТ СПОРТ!”, “ОДИН ЗА ВСЕХ И ВСЕ ЗА ОДНОГО!”, “КТО НЕ КУРИТ И НЕ ПЬЕТ – РОВНО ДЫШИТ, СИЛЬНО БЬЕТ!”, “РУССКИЙ – ЗНАЧИТ ТРЕЗВЫЙ!” и еще в честь праздника заряжали “СПАСИБО ДЕДУ ЗА ПОБЕДУ!”

В вечерних выпусках некоторых российских СМИ это выглядело, например, так:

Группа агрессивно настроенных молодых людей в спортивных костюмах, выкрикивая националистические лозунги (это про “спасибо деду”-то!), устроила несанкционированное шествие по Измайловскому парку”. Превьюшки всех этих новостей украшали кочующие из года в год по всему интернету фотографии отмороженных зигующих бонов. ))) Мне аж стыдно стало… за то, что не оправдали мы ожиданий прессы, которая воспользовалась стандартным набором дежурных штампов про “злобных фашистов”. Ничего, привыкайте, господа журналисты – теперь все будет (хоть может и не сразу), но по-другому. Мода на маргинальиные субкультуры постепенно уходит в прошлое, что не может не радовать.

А вот так это выглядело на самом деле. Вот они, эти агрессивно настроенные молодые люди в спортивных костюмах. Настоящие фашисты! И за что только деды воевали?..

Кстати о маргиналах. Их не было. Я глазам и ушам своим не поверил, когда по окончании мероприятия вдруг осознал, что за всю пробежку не услышал ни одной идиотской кричалки, типа “зиги-заги” (хотя фанатья было немало) и не увидел ни одной вскинутой в “древнеславянском” приветствии руки. Вообще ничего такого, что могло бы испортить впечатление или создать у случайного встречного какое-то не адекватное представление о мероприятии и его участниках. И это, пожалуй, было для меня одним из самых приятных впечатлений.

Но это я что-то отвлекся на лирику… в общем, пока я обо всем этом размышлял, не заметил, как мы добежали почти до конца нашего культурно-оздоровительного маршрута. Многие изрядно подустали. Я, признаться, не был исключением. Но вот уж близится финал нашего забега. Впереди уже отчетливо видно шоссе, за которым находится станция метро. От шоссе нас отделяет примерно 300 метров и одна милицейская “Газель”, стоящая аккурат посреди парковой дороги. “Ну, пронесло” – подумали все – “Палива нет – путь открыт!” И двинулись в сторону метро. Пробегая мимо “Газели” салютовали порядочным сотрудникам милиции, великодушно позволившим (как мы тогда еще наивно полагали) нам воспользоваться своим конституционным правом на свободу собраний. И вот подбегаем мы уже к самой дороге и тут…

…И тут из-за деревьев появляются два автобуса с ОМОНом. Все прекрасно понимали, что приехали они не просто так, а проводить остаток праздничного дня в отделении хотели далеко не все… По-хорошему, наверное, надо было, сохраняя спокойствие, всей толпой подойти к ним и, поинтересоваться, что они от нас хотят и на каких основаниях (это все, конечно, нужно было снимать на камеру). Но командование на себя вовремя никто не взял, и часть народа запаниковала. Кто-то ломанулся назад в парк и скрылся в чаще. Потом кто-то закричал “СТОЯТЬ! “, все остановились, постояли секунд десять и ввиду отсутствия дальнейших внятных команд, толпой побежали вперед, чтобы успеть проскочить через дорогу, пока ОМОН ее полностью не перекрыл. Нескольких человек перехватили прямо там. Остальных выхватывали по окрестностям и в метро.
Сотрудники того самого “особого подразделения”, которое нельзя снимать. Может кто-нибудь подскажет, что это за подразделение такое, как оно называется и каким образом мы должны были этих “особых” сотрудников отличить от остальных, которые выглядели точно так же?

Меня схватили (именно схватили), когда мы с товарищем уже спокойно стояли возле входа на “Партизанскую” и, не наделав никакого экстремизма, собирались уезжать домой. Мой друг решил сфотографировать автобус с ОМОНом (на что имел по закону полное право). Как только он “навел” фотоаппарат – из стоящей рядом с нами “Газели” выскочили два человека в форме, схватили его и поволокли в машину. Никто из них не представился и не объяснил причин задержания (хотя было понятно, что этой причиной была фотосъемка). Я попытался вступиться за товарища, тогда схватили и меня. Нас обоих буквально забросили в “Газель”, где уже сидело несколько человек.

Потом (уже в отделении) я узнал от одного из них, какой разговор предшествовал нашему задержанию – “им кто-то по рации сказал, что у нас недобор и нужно набрать еще”. Тогда они, не вылезая из машины, стали оглядывать окрестности и один из них увидел меня и моего друга, как раз доставшего фотоаппарат. “О, давай вон того папарацци прессанем!” – сказал один из сотрудников. Вот так оно все и произошло… Самого же парня, который мне это рассказывал, взяли вообще на станции метро. Он один спокойно стоял на платформе и, никого не убив и ничего не взорвав, ждал поезда, когда к нему подошли сотрудники милиции и настойчиво попросили “проследовать”. Взяли его за то, что на нем была одета славянская косоворотка (явный признак экстремизма). То есть никто не знал – участвовал ли он вообще в этой пробежке или нет. Это мог быть просто случайный прохожий. Но присутствие в одежде элемента национального костюма сделало его “потенциальным экстремистом”. Ну, скажите, разве это не вопиющая дискриминация?? Если бы за национальный костюм задержали бы представителя какого-нибудь мусульманского народа – это вызвало бы вой всей либеральной общественности и шквал обвинений во всевозможных нетолерантностях. Разве что не в день совершения теракта… но 23 февраля теракта-то никакого не было! 200 человек никого пальцем не тронули. Так за что же хватать одиноко стоящих людей уже в метро??

В машину милиционеры, “задержавшие” нас уже не вернулись (может стыдно было?.. хотя нет -мы, заняли их места) – там оставался один ОМОНовец с автоматом, водитель, кто-то в погонах рядом с ним (он всю дорогу молчал) и пять-шесть человек задержанных, включая нас. Мы сидели в этой машине с полчаса, тщетно пытаясь выяснить, в чем причина нашего задержания? Нам сказали “за несанкционированную фотосъемку сотрудников милиции”. Я ответил, что снимать сотрудников, находящихся при исполнении закон разрешает. Мне начали в ответ молоть чушь о том, что это были сотрудники какого-то “особого подразделения” которое снимать ну никак нельзя. Поняв, что спорить тут бесполезно, и что начальское “хочу” и “надо” тут важнее закона, мы спорить перестали. Через некоторое время автомобиль тронулся и нас повезли в УВД “Измайлово”.

Когда нас привезли в УВД, там уже находилось порядка сорока человек (как мы узнали позже – еще десять находились в другом отделении). Всех поместили в одну камеру и по одному вызывали для переписи данных и досмотра. Среди задержанных нашлось несколько “бывалых” ребят, который первым делом стали объяснять всем, что не нужно пользоваться 51 статьей (отказ свидетельствовать против себя и близких), ни о чем с сотрудниками милиции не общаться и ничего не подписывать. Кто-то этим увещеваниям внял – кто-то не очень…

Досмотр проходил в коридоре отделения. Задержанных досматривли без составления протоколов и без понятых. Вещи, вроде, не изымали, но все равно нарушение. Затем забирали документы для ксерокопирования. У тех, кто не давал – не забирали, но большинство задержанных было в отделении вообще впервые в жизни, и естественно они не знали, что забирать и ксерокопировать документы сотрудники милиции могут только с их согласия. Сами же “господа полицейские” разъяснением задержанным их конституционных прав себя не особо утруждали. То же самое было с “пальчиками”. Кто-то отказался от этой процедуры, а кто-то по незнанию или, поддавшись на строгий голос, позволил себя “откатать”. Затем по расписанию у каждого следовала беседа с оперативником. На всех задержанных на скорую руку составлялось

два протокола – на кого-то за “нецензурную брань в общественном месте”, а не кого-то “за нарушение закона о проведении шествий” (или что-то в этом роде).

Затем предлагалось написать объяснительную. Самые грамотные пошли по 51 и от этой части отказались. Некоторые писали, что ни в чем не виноватыми себя не признают и с протоколом не согласны. Ну а некоторые (в основном самые юные) писали объяснительные под диктовку оперативников, четка выводя все необходимые формулировки, мол “я такой-то такой-то – хороший честный парень, да, участвовал в мирном несанкционированном шествии, кричал такие-то лозунги, но закон не нарушал…” и тому подобный милицейский развод. После этих процедур человека заводили обратно в общую камеру – ждать истечения положенных трех (как мы тогда думали) часов. Там мы все перезнакомились. Оказалось, что все задержанные отличные ребята – полные энтузиазма и гражданской активности. Мы решили, что надо что-то делать с этим беспределом и стали звонить в разные СМИ, знакомым блоггерам, правозащитникам и т.д. Когда мы убедились, что информация в СМИ и блогосферу уже прошла, мы немного успокоились и стали ждать истечения положенного срока заключения.

В целом отношение к нам со стороны сотрудников милиции можно было охарактеризовать, как нейтрально-положительное. Рядовой состав относился вполне лояльно – никто не орал, не бил, не угрожал – в общем, никакого прямого давления не оказывалось. Некоторые высказывались в таком ключе, что “вы конечно, ребята, молодцы, но раз уж запретили – так зачем же нарушать? – сидите дома, пейте водочку”. Некоторые выражали нам большой респект за благое начинание, желали успехов и по полной хаяли коррумпированное руководство, которое “не позволяет нормальным сотрудникам работать ПРАВильно” и занимается такой херней. В целом, среди рядового состава, по ряду вопросов в тот день была проведена довольно качественная пропаганда.

Старшие оперативники, которые занимались всей бумажной и воспитательной работой, относились холодно, но тоже без видимой агрессии. Видно было, что они выполняют указания “сверху”. Прямого прессинга с их стороны не было, если только не считать за таковой многочисленные нарушения – неразъяснение задержанным их элементарных прав (это за них делали другие задержанные), незаконную видео и фотосъемку, дактелоскопирование, изъятие документов, досмотры без понятых и протокола, удержание сверх положенного времени (об этом ниже)… ну и конечно – задержание невиновных. В том плане, что если мы-то хоть участвовали в том мероприятии, которое им был дан приказ пресечь, то некоторые из задержанных вообще никакого отношения к нему не имели. Одного парня схватили, когда он шел из магазина домой и на свою беду решил срезать мимо здания УВД. На него составили протокол о “нецензурной брани”. Потом в УВД приехало несколько человек, чтобы справиться о состоянии своих задержанных друзей. Их пригласили зайти внутрь… посадили в камеру к остальным… и составили протоколы. =D Ребята были в шоке – пытались качать права, но их просто игнорировали.

А меж тем, три часа подходили к концу. И подошли совсем. За несовершеннолетними приехали родители, а остальные продолжали сидеть. Вернее стоять, поскольку сесть там было практически негде. Мы спросили, как там насчет освобождения – не пора ли? На это нам ответили, что никакого освобождения сейчас не будет и что мы сейчас поедем в суд, где наши дела (по липовым, слепленным “на коленке” протоколам) и будут незамедлительно рассмотрены. Особенную радость услышанное вызвало у ребят, которые приехали проведать товарищей и у парня из магазина. Без шуток – это все очень напоминало 37-ой и сталинские “тройки”. Мы заявили, что до суда можем прекрасно доехать и сами, поскольку предписание у всех уже было на руках. Но нам ответили, что нас велено доставить туда на казенном автомобиле – чтоб не разбежались. И сказали сидеть и ждать. Тут уж мы разозлились не на шутку и принялись звонить в 02 и жаловаться дежурному по городу. Звонили человек пятнадцать. Всем сказали, что “жалобы приняты”. Потом звонили начальнику УВД “Измайлово”, Акишину Александру Владимировичу, представлялись корреспондентами (среди задержанных действительно оказалось несколько журналистов, которые участвовали в пробежке, как частные лица) СМИ и просили его прокомментировать информацию о творящемся в его отделении произволе. От комментариев Александр Владимирович отказался.

Тогда мы потребовали выдать нам бумагу и чернила и принялись писать жалобы. Жалобы у нас приняли, но соответствующих квитанций (свидетельствующих о принятии жалобы) никому не выдали. Их пришлось выпрашивать. Кому-то по моему их так и не дали. Незаметно мы из камеры (дверь не запирали) переместились в коридор и уже не сдерживая эмоций стали требовать освобождения. Статьи, которые нам инкриминировали (и вина в нарушении которых никем доказана еще не была) не предусматривали административный арест. Но сотрудникам УВД было на это наплевать – закон есть закон, а приказ есть приказ. Потом они, видимо, стали постепенно понимать, что малость хватили лишку и стали отпускать тех, у кого в протоколах было написано “нецензурная брань”. При этом им выдавали квитанции на оплату соответствующего штрафа за правонарушение. Мы поняли, что спорить тут уже бесполезно и стали ждать отправки в суд. Ждать ее пришлось почти три часа. К концу этих трех часов господа полицейские все же проявили широкий жест и отпустили “парня из магазина” и тех, кто приехали к друзьям. Без несовершеннолетних, “случайных” и “матершинников” осталось нас человек пятнадцать. Нас посадили в милицейский автобус и повезли в Измайловский районный суд. Возле здания суда мы просидели в автобусе еще час. В это же время к суду подъехал член правозащитной организации “Русское Общественное Движение” (РОД) Владимир Тор, с которым мне удалось связаться еще в УВД. Узнав, что мы семь часов ничего не ели и не пили, он пошел в магазин и вскоре вернулся с несколькими пакетами сока и пакетом печенюшек и конфет. Только тут я вспомнил, как сильно хочу есть. Через какое-то время все-таки стали по пять человек отводить в суд. Я был в первой пятерке. Поднявшись на четвертый этаж, мы стали свидетелями забавной сцены – за закрытыми дверями кабинета судьи было слышно, как она едва ли не матом крыла сотрудников милиции, за то, что протоколы были составлены не правильно (правда, что именно там было не так, я не услышал) и что ее специально (как я понял) вызвали в праздник из дому, чтобы судить два десятка человек, не совершивших никакого реального нарушения. Сотрудники оправдывались, что они вообще не при делах, что им только сказали нас доставить. В итоге судья сказала, что сейчас уже поздно выписала нам повестки – кому на 25, кому на 28 февраля.

На выходе из суда нас уже ждал Тор. Он сказал, что РОД хотело бы предоставить нам юридическую и информационную поддержку. Все согласились. Тогда мы проследовали в ближайшее кафе, где обменялись координатами, проконсультировались по юридической части и договорились не оставлять это дело просто так. Через день нам предстоял суд.

Итак, что я могу резюмировать:

Меня задержали за то, что я заступился за друга, которого, в свою очередь задержали за то, что он нарушил несуществующий закон, запрещающий ему фотографировать сотрудников милиции, находящихся при исполнении. Сотрудники милиции, задержавшие нас не представились, не показали нам документы и не пояснили – за какое правонарушение мы задержаны. То, что мы задержаны за нарушение несуществующего закона, мы узнали только от другого сотрудника, который из машины выпустить нас уже “не мог”. В отделении в отношении меня был без составления протокола и без понятых произведен досмотр и составлен протокол, в котором были указаны обстоятельства, ни на один процент не соответствующие реальным обстоятельствам задержания. После чего я в течении восьми часов был лишен свободы.

Вывод: я очень хочу… нет, я мечтаю (!) быть законопослушным человеком в государстве, в котором правит ДИКТАТУРА ЗАКОНА. Но, объясните мне – как можно бить законопослушным человеком в стране, где правит вопиющее беззаконие, а те, кто граждан от этого беззакония обязаны защищать – сами являются его главным источником?..

P.S. И еще вот что хочу сказать. Многие известные люди и “правозащитные” организации не решаются оказывать помощь в этом деле, потому что боятся “связей с националистами”. Но я хочу, чтобы вы поняли – тут дело не в национализме, а просто в здравом смысле. Это практически вершина политического абсурда. А самый ее пик будет тогда, когда ОМОН разгонит русский шахматный кружок, собравшийся под девизом “Русские за здоровые мозги!” (или что-нибудь в этом духе). И не дай бог, если “белые” будут выигрывать у “черных”…

 
Статья прочитана 615 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

Наши контакты

Skype   rupolitika

ICQ       602434173