«Новые москвичи». Дело учительницы

Недавно, благодаря поддержке русской общественности, в Интернете получила широкую огласку очередная история «маленького человека», лицом к лицу столкнувшегося с беспределом российской судебной и правоохранительной системы.

С просьбой о помощи в Службу общественного контроля ДПНИ обратилась 45-летняя учительница музыки — Журина Елена Станиславовна, которая рассказала, что проживает в маленькой комнате трехкомнатной коммунальной квартиры на окраине Москвы и уже в течение 15-ти лет подвергается постоянному бытовому террору со стороны своих соседей — семейства приезжих из Каракалпакии — Жуматовых-Адилбековых.

ЖУМАТОВЫ-АДИЛБЕКОВЫ

Семья Жуматовых-Адилбековых состоит из пяти человек: главы семейства Жуматова Калбая Хабипназаровича, его супруги Умит Адилбековой, и троих детей-подростков — Марата, Адины и Нагизы. На данный момент Жуматовы фактически нигде не работают и об источнике их дохода, позволяющем обеспечивать столь многочисленное семейство — остается только гадать. Правда, по имеющейся у нас информации, Калбай Хабипназарович, проводя почти все время дома или «гуляя на районе», числится в должности директора некого ООО «Строительная компания «Бенол».

Мы навели справки о данной компании и выяснили кое-какие интересные подробности:

ООО «Строительная компания «Бенол» зарегистрирована по адресу г. Москва, пр. Внутренний, д. 8, корп. 9, имеет 10 000 рублей уставного капитала, официально имеет двух работников, в том числе, директора и учредителя Жуматова Калбая Хабипназаровича. Очевидно, что данное учреждение ведет весьма сомнительную деятельность. Любопытным оказалось и то, что позвонив по указанному в регистрационных данных (и интернет-рекламе) телефону (313-43-25), мы попали в квартиру к некой Ганжуровой Бабасан Цынденовне, где нам в довольно грубой форме пояснили, что ни о каком «директоре» Жуматове Калбае ничего не знают. В общем, деятельность Калбая Хабипназаровича и «возглавляемой» им компании заслуживает серьезной проверки на предмет законности, которую будут проводить ближайшее время компетентные органы.

В Москву Жуматовы приехали еще в середине 90-ых и, весьма сомнительным образом получив российское гражданство — заселились в одну из комнат коммунальной квартиры в районе «Гольяново». Вероятно, столичный «воздух свободы» настолько вскружил головы новоиспеченным «москвичам», что те просто не смогли упустить возможность стать единоличными обладателями всей коммуналки. А полная социальная незащищенность двух одиноких соседок лишь подлила масла в огонь, в очередной раз обнажив всю истинную сущность менталитета «братских народов» Средней Азии.

Одна соседка была «изгнана» из занимаемой комнаты в считанные месяцы — молодая девушка не стала терпеть постоянные издевательства и притеснения со стороны семейства Жуматовых, и съехала из злополучной квартиры — благо ей было куда съезжать. Настала очередь Елены. В ход пошли все те же стандартные средства подавления — оскорбления, угрозы, насилие. Несколько раз Елена жаловалась в правоохранительные органы на жестокое обращение соседей и один раз все-таки смогла добиться того, что на Калбая Хабипназаровича было заведено дело по статье 116 УК РФ («Нанесение побоев»), правда всего по одному из множества эпизодов. Вот выдержки из приговора Преображенского межмуниципального народного суда г.Москвы, по которым читатель может легко представить общую обстановку в квартире:

«…26 ноября, примерно в 9 часов утра, находясь по месту своего проживания по адресу: Москва, Щёлковское шоссе, д. 19, кв. 144, на почве личных неприязненных отношений с соседкой по коммунальной квартире Журиной Е.С., Жуматов К.Х. схватил её за одежду, выкручивал руки и бил по рукам. …30 ноября, Жуматов, примерно в 19 часов 30 минут, схватил Журину Е.С. за волосы, вырвав при этом клок волос, выкручивал руки, ударил несколько раз кулаком в живот, бил по ногам…».

На некоторое время издевательства прекратились, и Елена смогла немного пожить в относительной тишине и покое. Но после того, как условная судимость Калбая Хабипназаровича, по истечении необходимого срока, была погашена — давление возобновилось с удвоенной силой, а в ответ на новые жалобы Елены из местного ОВД посыпались всевозможные «отписки». Не имея иного выхода, Елена продолжала терпеть — родственников после смерти отца у нее не осталось, денег на покупку нового жилья или размен имеющегося — тоже не было, да и права на продажу своей комнаты она не имела, поскольку по вине все тех же соседей не могла (и до сих пор не может) оформить все необходимые документы для приватизации своей жилплощади.

Поняв, что одними побоями и угрозами квартиру от Елены не освободить, Жуматовы решили использовать другую проверенную схему, которая помогла уже не одной сотне им подобных избавиться от неугодных соседей, и сфабриковали против Елены два уголовных дела по статье 119 («Угроза убийством»). В роли «потерпевших» по первому делу выступила супруга Калбая, Умит Адилбекова, а по второму — приятель Калбая, некто Николай Лопатин — взрослый и крепкий мужчина 1971 г.р., ведущий, как это принято говорить, крайне асоциальный образ жизни. Оба «потерпевших» обвиняли Елену в том, что она «нападала на них с ножом, выкрикивая при этом угрозы убийством». В качестве «свидетелей» по обоим делам выступили младшие Жуматовы — Марат и Адина.

После того, как роли в этом гнусном спектакле были распределены и жалобы от «напуганных» каракалпаков, а так же здорового мужика Лопатина, поступили в местное ОВД — маховик российского правосудия, при посильной поддержке местного участкового, Гагика Бахшиковича Беняминяна — заработал на полную. Примечательно, что заявление, на основании которого и было начато уголовное преследование Елены, оказалось составлено настолько грамотным юридическим языком, что едва ли можно поверить в то, что его автором мог являться кто-то из семьи малообразованных и плохо говорящих по-русски иммигрантов. Вероятно, среди сотрудников милиции нашлись «добрые люди», которые пожалели несчастных представителей нацменьшинств и помогли им с составлением «челобитной».

Тут считаем необходимым сделать небольшую сноску и пояснить, что 119 статья УК РФ (Угроза убийством) является очень специфической, поскольку каждому ясно, что фразы в духе «Я тебя прибью!», бросаемые в пылу ссоры или даже в шутку — в свой адрес не раз слышал, наверное, каждый человек на свете. Для того, чтобы по этой статье было заведено уголовное дело — потерпевший должен «воспринять угрозу в серьез» и более того — доказать в суде наличие у него реальных оснований для серьезного восприятия этой угрозы, а так же наличие у обвиняемого реальной возможности и мотива для ее осуществления. Ввиду этой самой специфичности, реальные дела по обвинениям в угрозе убийством, не подтвержденным ничем, кроме свидетельских показаний (тем более, если это показания друзей и родственников, то есть лиц потенциально заинтересованных) — заводятся крайне редко, а если и заводятся, то только после по настоящему детального и тщательного расследования самого инцидента, и всех сопутствующих обстоятельств. В случае Елены — ничего подобного сделано не было.

Неизвестно, почему старший участковый уполномоченный ОВД «Гольяново», имеющий по месту службы вполне положительную характеристику, в столь сомнительном деле безоговорочно занял сторону обвинителей, прекрасно зная о той обстановке, которая в действительности царила в злополучной квартире. Ведь от Елены в ОВД не раз поступали аналогичные заявления, однако их попросту «отфутболивали». Почему в ОВД «Гольяново» для одинаковых ситуаций действуют «двойные стандарты» — осталось для нас загадкой. В прочем, есть все основания полагать, что Гагик Бахшикович и Калбай Хабипназарович являются хорошими знакомыми, поскольку, по словам местных жителей — оба они бывали неоднократно замечены во время общения, явно выходящего за рамки делового. Если эта информация подтвердится — многое сразу встанет на свои места.

К слову сказать, ни для кого уже не секрет, что захват жилья у социально не защищенных граждан (в основном одиноких пенсионеров или лиц, страдающих алкогольной зависимостью), совершаемый, в основном, приезжими из Средней Азии и Закавказья, посредством фабрикации «липовых» уголовных дел с участием лжеобвинителей и лжесвидетелей — является сегодня крайне распространенным явлением и осуществляется, как правило, только при наличии у захватчиков поддержки (пусть даже пассивной) или дружеских связей в местных правоохранительных структурах. Естественно мы не стремимся оклеветать всех сотрудников российской милиции — понятное дело, что «в каждом стаде бывает по паршивой овце (или барану)» и вешать клеймо коррупционеров на всех подряд — не правильно. Однако проблема заключается в том, что таких «паршивых овечек» в нашей правоохранительной системе с каждым годом становится все больше, а в серьез бороться с этим, судя по всему, никто из российских чиновников не намерен.

«БАСМАННОЕ ПРАВОСУДИЕ»

Итак, ввиду полного отсутствия у Елены познаний в области юриспреденции и невозможности воспользоваться дорогостоящими услугами частного адвоката — в зале суда она фактически оказалась одна, лицом к лицу со своими обвинителями в лице подставного «потерпевшего», кучки лжесвидетелей и местного участкового. При таких раскладах «басманное правосудие» не заставило себя долго ждать. Не утруждая себя детальным изучением материалов дела и выяснением различных обстоятельств, которые могли бы показать всю надуманность нелепых обвинений — судья признала Елену виновной по статье 119 и приговорила ее к шести месяцам условного срока. Конечно, идеальным вариантом для истцов стал бы реальный тюремный срок, который позволил бы им за время отсутствия Елены подделать и переоформить все необходимые документы (как это и бывает в таких ситуациях), но и условный приговор пришелся мучителям по вкусу, поскольку открывал невиданные доселе возможности по оказанию давления на женщину.

Приводим некоторые документы, в реальности их несколько папок:

 

Теперь, с появлением в личном деле Елены записи о судимости — можно было не только продолжать выживать женщину из квартиры, но и попытаться выжить ее с любимой работы.

Видимо, борьба с «опасной преступницей» стала теперь для участкового Беняминяна делом чести, поскольку сразу после вынесения приговора он принялся обивать кабинеты школы, в которой работала Елена. Наверное, потому, что директор музыкальной школы №68 Погосов Нерсес Антонович был действительно крайне озабочен вопросом безопасности учеников, он быстро нашел с Гагиком Бахшиковичем общий язык.

И несмотря на то, на протяжении всего срока работы в данном учебном заведении, Елена пользовалась репутацией добропорядочного и адекватного человека — после нескольких задушевных бесед с участковым, у Нерсеса Антоновича неожиданно сложилось ясное понимание той «угрозы», которую все это время представляла «опасная учительница» для своих юных подопечных. «Безусловно — женщина с такой судимостью не может работать с детьми… мало ли чего она с ними может сделать… да и репутация школы страдает… да и как можно подвести земляка? Не по-братски это…» — Наверное, именно такие мысли крутились в голове директора, когда он несколько раз вызывал Елену к себе в кабинет для пространных объяснений, общая суть которых сводилась к тому, что неплохо бы ей написать заявление об уходе, как говорится, «по собственному желанию».

Писать такое заявление Елена отказалась, и к бытовому террору дома добавилось давление на работе.

ЛУЧ НАДЕЖДЫ

Находясь на грани нервного срыва и не имея более никакой надежды на восстановление справедливости, замученная женщина решила обратиться за помощью в одну известную правозащитную организацию, сотрудники которой посоветовали ей обратиться в Службу общественного контроля Движения Против Нелегальной Иммиграции. Елена последовала совету. Мы оперативно откликнулись на обращение, предоставили Елене хорошего адвоката и обеспечили профессиональную комплексную юридическую поддержку. Нашими юристами был проделан поистине титанический труд по анализу и приведению в порядок материалов запущенного дела (накопившихся за долгие годы конфликта), а так же по исправлению ошибок, допущенных прежними государственными «защитниками». После того, как материалы по делу Елены появились на сайте ДПНИ, а так же ряда дружественных интернет-ресурсов — ее история начала приобретать широкий общественный резонанс.

23 августа в Преображенском районном суде Москвы был успешно оспорен неправомерный отказ Елене Станиславовне Журиной в праве на апелляцию.

Еще за час до начала слушанья перед зданием суда собралось несколько десятков человек, среди которых были соратники ДПНИ и простые граждане, приехавшие специально, чтобы заявить о своей солидарность с Еленой и выразить протест против очередного акта варварского притеснения коренных жителей Москвы — «гостями» из очередной «братской республики». Только профессиональная работа, проделанная юристами ДПНИ и поддержка общественности, позволили пробить брешь в стене безразличия российской судебной системы и добиться первого справедливого решения суда. Теперь приговор (по статье 119 УК РФ «Угроза убийством»), вынесенный ранее в отношении Елены — будет пересмотрен, после подготовки и передачи в суд всех необходимых материалов.

Новое судебное разбирательство будет назначено в мировом суде в течение месяца. На этом слушанье должны появиться и «пострадавшие» — семья Жуматовых-Адилбековых и их друг Лопатин, оговорившие Елену Станиставовну, а также участковый инспектор Гагик Беняминян. Также силами ДСБ РФ будет проверена законность действий сотрудников милиции, осуществлявших предварительное расследование и дознание. Приглашаем всех неравнодушных принять в нем участие!

В ЗАКЛЮЧЕНИЕ

После ознакомления с историей Елены, у нас в очередной раз возник закономерный вопрос, который, полагаю, уже не первый год волнует миллионы наших соотечественников: а что вообще делают в России Жуматовы-Адилбековы другие и подобные им? Зачем они здесь нужны? Не работающие (или имеющие крайне сомнительный род занятий), наглые, жестокие, агрессивные, не желающие интегрироваться в российское (хотя бы) общество. Зачем такие люди нужны в нашей стране, а главное — что здесь вырастет из их детей? Очередные «Черные Ястребы», бросающиеся на прохожих под крики «АллахУАкбар»? Или может быть из них вырастут «заслуженные участковые», которые составят достойную смену Гагику Бахшиковичу? А может быть они станут почетными судьями, наделенными властью над судьбами тех, к кому не испытывают ничего, кроме ненависти? Впрочем, детей у Жуматовых трое, а это значит, что возможны все три варианта…

P.S. В подтверждение последних слов, буквально в момент сдачи материала в печать — к нам поступили новые удивительные факты.

Оказалось, что Калбай Хабипназарович, имевший судимость, умудрился каким-то образом, влезть в запасной список присяжных заседателей Московского городского суда…

В общем, как говорится — no comment.

Метки текущей записи:

, ,
 
Статья прочитана 873 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

Наши контакты

Skype   rupolitika

ICQ       602434173